Владимир Шахов: «Пока не скажут, что банка нет, что на его счетах нет денег – нельзя говорить о том, что СРО потеряла компфонд»
На тему сохранности компенсационных фондов, а также о том как быть, если у банка, в котором хранились средства строительной СРО, отозвали лицензию, Информационный портал побеседовал с генеральным директором Национального ситуационного центра развития саморегулирования «Специальный Ресурс» Владимиром Шаховым.
«На форму, в которой компфонд сейчас может храниться, ни одного руководителя строительной компании-члена СРО влияния нет. Потому, что в 148 законе прописано: только депозит. Говорят о [том, что надо хранить компфонд в] системных банках. Но они тоже проводят рискованные операции. Он сегодня системный, а завтра – нет. Что получится? В них кинутся вкладывать свои компфонды, сумма вырастет до нескольких миллиардов. Не дай бог, его не станет. Тогда что?
Разговаривать нужно не о сохранности, и не о форме сохранности компфондов, а о их использовании. Под использованием нужно понимать вложение в недвижимость, вложение в форме инвестпакетов. Есть такое понятие как инвестиционная декларация, которое прописано в 315 законе. И вот когда яйца в разные корзины будут разложены, когда что-то случается с банком, в котором лежит депозит, номинал не исчезнет. Он как кровеносная система – [в одном месте] ее перерезали, а кровь пошла по другой линии.
Более того, я считаю, что если бы такая форма [размещения компфонда] была бы, рачительный руководитель саморегулируемой организации, естественно по согласию с членами СРО, решал бы куда вкладываются деньги – в ценные бумаги, в недвижимость, в ПИФы, депозиты – и сколько. Для этого нанимается управляющая компания, так называемые депозитарии. Если мы этого лишены, то мы выбираем тот или иной банк по каким-то своим принципам, например, близость, или известность, или какие-то преференции. И вот это маленькое зло затем перерастает в большие риски.
Что-то советовать в отношении компфондов, куда их вложить, я не берусь. Я не финансист, но я знаю, что если банк обрушился, когда у него отозвали лицензию и начинаются конкурсные процедуры, реально деньги у него еще есть. И нельзя сказать в этом случае, что у СРО исчез компфонд. Он лежит в банке с отозванной лицензией. [Затем] наступает время ожидания очереди возмещения. Вкладчик (физлицо) свои 700 тысяч получает сразу, в течение месяца. Юридические лица – в порядке своей очередности. Но дело в том, что пока не пройдет полный ликвидационный процесс, пока не скажут, что банка нет, что на его счетах нет денег – нельзя говорить о том, что СРО потеряла компфонд.
Когда будет ликвидирован банк-юрлицо, несчастный случай, произошедший на стройке, влекущий за собой последствия в виде выплат из компфонда, становится красной чертой – реестр будет принимать решение может или не может СРО произвести выплату. Если нет – исключение из реестра через суд. Но не забывайте, есть еще и страховки – коллективная и индивидуальная, есть еще и собственное имущество, какие-то накопления, вплоть до личного имущества предпринимателя, который нанес ущерб. Но пока в этом всем будут разбираться – уже появится новый компфонд».
Диана Шуняева
Специально для Информационного портала «Всё о саморегулировании» (Всё о СРО)
www.all-sro.ru
